Праздник уличной музыки: Минск vs Вильнюс

Праздник уличной музыки, придуманный четыре года назад в Вильнюсе, обрушилась на минчан в самый неожиданный время — праздник города. В результате обычный для этого события рефлекс «свалить куда подальше» договорился о замене на желание посмотреть, что там «наши власти» «стырылі» у литовцев в деле организации уличных праздников. Мы же для чистоты эксперимента приобщили к делу непосредственного очевидца многих виленских праздников, вытащив бывшую жительницу Вильнюса в Троицкое.

Главная часть минских «массовых мероприятий», под этот чыноўнічы штамп к сожалению подверглась и праздник музыки, — это, конечно, милиция. Она здесь повсюду: на входе, где более-менее вежливо интересуется: «есть ядовитые вещества?», вдоль всего Троицкого, где на семи сценах и проходил праздник, на этом берегу Свислочи и на том, в полном комплекте с автозаками. У музыкальных сцен милицию заменили очень разные по одежде, но с каким-то одинаковым взглядом дружинники БРСМ. В определенные моменты торжества даже казалось, что зрителей здесь меньше, чем милиции, а праздник музыки стоит переименовывать в праздник милиции.

«В Вильнюсе ты выходишь на улицу и чувствуешь себя шампанским, которой бурлит, а здесь ты какой-то таматна-березовый сок», — бубнит себе под нос, углубляясь в воспоминания о нем, свят музыки, Катя. Мы медленно исследуем территорию, играя от рок-сцены до дворике, где зашился ди-джей с немногочисленной свитой. — «Там ты чувствуешь себя свободным, — продолжает она, вспоминая свою жизнь в литовской столице. — И взгляд не упирается в милиционеров и дружинников БРСМ».

Другой дворик — другая музыка. Точнее не музыка, танцы. На их фоне свадебный фотограф объясняет нявесьце, какую позицию занять для очередного съемку, а у нас сразу возникает план проноса десятков литров алкоголя в свадебной юбки.

«Другой вариант — не проводить ничего»

За столиком одного из кафе Троицкого в компании литовских журналистов коротает время Андриус Мамонтовас. В Вильнюсе он известный музыкант и автор идеи уличных праздников. А здесь — просто чувак за камерой. Сейчас Андриус с любопытством наблюдает за тем, как трансформировалась его идея на земле кривичей.

Андриус выглядит усталым, что не мешает ему излучать позитив. В организации белорусского свято, где он играл роль консультанта, он ничего бы не менял («нельзя переставлять мебель в квартире друга, когда ты только гость»), а сам факт его проведения в Минске называет «большим шагом».

Литовец старается говорить как можно более политкорректно, обходя острые углы в виде милиции, запрещенных на празднике песен и музыкантов и другие выдержки белорусского образа. И намекает, что хотел бы видеть позитивные отзывы в прессе: в мае Андриус надеется вывести музыкантов на улице десятку городов по всему региону, и ему нужна благодушное отношение к идее минских властей.

«Надо идти на компромисс. Ведь другой вариант — не проводить ничего», — говорит Андриус.

«Маленький прорыв»

«Там совсем другие люди. Их так интересно рассматривать, — обойдя за полчаса все Троицкое, мы возвращаемся к первой точки — сцены, которая была обозначена как „поп“, хотя рознакаліберны рэп, бардовская музыка и другие признаки народного творчества намекали на совсем другой господствующий стиль сцены. — Осенние віленцы — это песнь. Ты рассматриваешь их одежду, бусинки. Кто-нибудь заходит в троллейбус, и у тебя дух захватывает!».

Несмотря на все попытки организаторов ограничить «молодых людей с еще не ўстаяўшайся психикой» от политических групп (под последними подразумевались «Ляпис Трубецкой», «Нейро дюбель» да Войтюшкевич), там и здесь на фестивале возникали очаги сопротивления. Кто-то из молодых безымянных групп напевал Ляписов, а кто-то посягал даже на Цоя, хотя организаторы на то никак не реагировали. Казалось, что мужественные дружинники и не заметили нарушений регламента.

Праздник города, а также суета вокруг утверждения списков выступающих из выкіданьнем политически опасных музыкантов, отказом наиболее известных из отобранных групп выступать и отрицательной реакцией на инициативу БРСМ со стороны других музыкантов наложили огромный отпечаток на фестиваль. С чего-то по задумке хаотического, разьняволенага и веселого праздника превратилась в разбросанные по ачэпленым Троицком предместье иногда пустые сцены с небольшим количеством публики и большим внимание дружинников. Хотя иногда выступления того или иного группы собирали достаточное количество слушателей, какой-то праздничной атмосферы и фэстывальнай разьвяволенасьці здесь не было. Были мысли про ограничения и звуки концерта попсы с того берега Свислочи.

«Но мне нравится. Искусственно созданное Троицкое, музыка, люди… нигде такого нет!», — делает вывод Катя. — «Думаю, здесь иначе и не могло быть. Но и то, что есть — маленький прорыв».

Комментарии запрещены.