Воля Офицерова. Самая эпатажная вещь — это слінга-куртка

Пока поколение Y еще само только подрастает, кое-кто из наших сверстников успевает растить и будущих белорусов. Почему воспитание детей может разъединить людей, и как не принести себя в жертву декрета — Воля Офицерова, фотограф и модератор белорусских общин слінга-мам, в серии Generation.by «Кем я стану, когда вырасту» рассказывает о эпатаж слінгаў, сленг глухонемых и белорусскоязычную гапату.

Хочешь выпендриться — роди ребенка и оден слінга-куртку

Слінга-куртка еще классная вещь, очень эпатажная. Я по жизни сама очень эпатажная: бывало, и волосы в зеленый цвет красила, и одевалась очень эксцентрично. Но самая эпатажная вещь в моей жизни, — это слінга-куртка, столько внимания сразу я нигде никогда не получала. Люди по-разному относятся, но это реально эксцентрично. Хочешь выпендриться — роди ребенка и оден слінга-куртку.

«Семена»

В университете начала говорить по-белорусски. С меня смеялись, запрещали, снижали отметки, но и завышали также. Однажды после экзамена по математике сижу и думаю: «Блин, я так чудесно все ответила, почему только 8?!» Только в следующем семестре преподавательница объяснила: «Я ничего не поняла из вашего ответа, но вы так уверенно говорили, что я поставила 8». Оказывается, она приехала из России. Когда была биология, я выходила к доске и рассказывала о семена, а аднагрупніцы хохотали. «Семена», слово как слово. Государственные экзамены я сдавала по-русски. Ведь понятно: хочешь хорошую оценку, думай, какой язык на экзамене избирать. Бывали разные преподаватели, некоторые думали, мол, выпендрываецца здесь.

Белорусскоязычная гопота

Сейчас все больше и больше белорусскоязычных. Я как-то иду, а возле секонд-хенда стоит чувак такой, хип-хоперскага вида, с ним рядом такой же, лет по 18. «Гопота какая-то», — думаю я, а подхожу ближе, они по-белорусски в телефон кричать. У меня в груди сразу всколыхнуло, круто, нормальные чуваки.

Хотела быть продавщицей селедки

Когда у детей спрашивали «Кем ты хочешь стать?», все говорили «космонавтом», а я говорила «волшебницей, и у меня будет волшебная палочка и я все начарую себе». Позже хотела быть милиционером, потому что думала, что они подходят к киоску и им дают бесплатно все, что они хотят. Потом хотела быть продавщицей селедки.

«Демо» перед ПТВшнікамі

Всегда хотелось быть певицей. Первый раз я пела на сцене в 13 лет. Мне нравилось, что я такая звезда. А на самом деле, я выучила песню группы «Дэмо» и пела перед ПТВэшнікамі в актовом зале, было очень круто.

Песни на языке жестов

В последние годы школы я захотела поступить в театральный. Но судьба сложилась так, что поступила я на «дэфекталогію», изучала язык жестов. Когда меня просят сказать что-то на языке жестов, я вспоминаю, как мы в университете пели песни. Ведь глухие тоже слушают песни, они чувствуют вибрацию ритма, что распространяется по зале. И мы в университете пели песни на языке жестов. Также изучали шрифт для слепых, такой выпуклый шрифт, по которому они водят пальцем и читают.

Сленг глухонемых

Изучение дэфекталогіі очень закаляет. Во-первых, ты понимаешь, что они такие же как и ты, но их «наградили» дефектом и люди вокруг воспринимают их, как что-то недоделанное. Вся эта система у нас неразвита, глухие люди у нас идут работать на завод, особенно их любят брать в цех, где очень шумно и где аглухне обычный человек. А, например, в Англии есть университет, где их обучают по специальным методикам и потом глухого должны взять на любую работу, которую он захочет, ведь он полноценный человек с высшим образованием. В университете узнала много правды жизни, как относятся у нас к таким людям, насколько у нас неподготовленное общество к ним, и почему-то оно скрывает таких людей.

Я проходила практику в школе и в садике. Мне очень нравилось, единственное, много бумажной работы и мало платят. Если для начальной школы еще хватает университетских знаний, то в шестом классе дети начинают с тебя стебаться. Они начинают что-то говорить на языке жестов, а ты этого не понимаешь, потому что не в совершенстве владеешь сленгом. Каждая школа имеет какие-то местечковые особенности языка. Они что-то говорят, а ты стоишь растерянная, как овца, а они пахіхікваюць. Очень боялась идти к ним, коленки трасліся. Но это круто, такой фан. Думаю на год бы меня хватило, потом сгорела бы с таким заработком и бумажной работой.

Все бухают, а ты тут такой вдохновленный интеллигент пришел

У нас была в семье мыльница, и я как-то маме сказала: «А можно я буду снимать природу?», а она мне: «Еще чего! Снимай меня!» Потом в Минске появился офигенно крутой проект — «Фотакрос». Тебе давали десять понятий и нужно было их сфотографировать в определенном стиле. Все любили, чтобы было актуально, смешно, метко, может немножко политически. Например, на слово «неожиданность» мы сфоткали CD-плеер, на котором вместо батареек лежали маленькие соленые огурцы. Либо «новогодний экстрим» — оливье с кнопками. Так я увлеклась фотографией. Не хотела снимать свадьбы, но понесло. Бывает, попадаешь на свадьбу, где все водку бухают, а ты тут такой вдохновленный интеллигент пришел.

Слінга-мамы

Я стала слінга-мамой и теперь фотографирую рекламные съемки для белорусского производителя слінгаў. Такое наслаждение получаю, я знаю, как снять слинг так, чтобы во всех мамачак слюна потекла. Самое классное, все белорусские слінга-мамы как модельки. Мы их ищем в ЖЖ-комьюнити слінга-мам, и все, кто откликается, такие прыгажунькі. Это, между прочим, женщины, которые недавно родили. Животы должны свисать, грудь, а они такие классные. Так светятся. Такую работу с никакими свадьбами не сравнишь, надеюсь стать семейным фотографом.

Завод по сжиганию фотографов

Я снимаю в своем стиле, если клиенту не нравится, я мягко ему намекаю, что я по-другому снимать не буду и если не нравится, пусть идет к кому другому. Фотографов у нас как собак нярэзаных 🙂 Здесь говорят, что взорвался завод в Беларуси по сжиганию фотографов.

Вдохновение приходит, когда ты гуляешь по парку, а не стоишь у плиты и варишь манную кашу

ЖЖ-сообщество была в свое время богатой на творческих людей, и они устраивали «Творческий дом», такие капуснікі в «Граффити». Я там выступала, там даже были люди, которые говорили: «Мы твои фанаты». А я постоянно лажала, все время, вот у меня такая неорганизованность какая-то, то здесь слово забуду, то здесь аккорд саб’ецца, ведь я же еще хохочем все время, я такая рагатлівая по жизни чувіха. Но тут случилась беременность и для гитары стало мало место в жизни, теперь я потихоньку возвращаюсь. Но ведь вдохновение приходит, когда ты гуляешь по парку, а не стоишь у плиты и варишь манную кашу. Зато я высыпаюсь: чем меньше хобби, тем лучше высыпаешся.

«У меня ребенок, я сижу три года дома»

С ребенком сильно не папрацуеш. Это тяжело, дети как-то чувствуют, что ты им не хочешь сейчас заниматься, а поработать. И они будто бы на зло начинают ночью просыпаться, капризничать. У меня вчера в фотошопе был открыт обработанный снимок, дочь подошла, что-то патыркала, и пришлось заново делать. Каждый человек, когда рожает ребенка, он как-то приспосабливается. Есть люди, которые вообще не меняют свой образ жизни, дети адаптируются под них. А есть люди, которые приносят себя в жертву и говорят: «Все, ничего не могу делать, у меня ребенок, я сижу три года дома». Таких людей мне жаль.

Вкус нужно воспитывать

Зарабатывать в смысле «сшыбаць бабло» на искусстве пока что невозможно. Но может мы к этому придем когда-то. Когда-нибудь люди начнут обращать внимание на предметы современного искусства. Будет больше качественного продукта, больше понимания со стороны простых людей. Ведь вкус нужно воспитывать. Раньше ты едешь в метро, видишь корявый фотошоп и думаешь «о, боже», а люди за это деньги получают. Сейчас такого все меньше. Еще пять лет назад, фотографу звонят и спрашивают: «А вы видео снимаете?» — «Нет».— «Что только фото? Да зачем фото, я видео хочу!».

В 26 лет уже трудно заводить новых друзей

Я все мрою, чтобы у меня появились белорусскоязычные друзья, с которыми бы мы виделись чуть ли не каждый день, но в 26 лет уже трудно заводить новых друзей. Однако дочь воспитываем на двух языках: отец, дедушки и бабушки разговаривать по-русски. Не знаю, что из этого получится и что она выберет. Не хочу ее принуждать, но хочу, чтобы знала оба языка. Чем больше языков знает человек, тем лучше работает мозг. Мы ей мультики по-английски исключительно показываем, видимо, изучить, уже некоторые слова знает.

Ничто так не разъединяет людей, как различные способы воспитания детей

Ничто так не разъединяет людей, как различные способы воспитания детей. Поэтому после ухода в декрет, некоторые друзья отпали. Наверное, это и хорошо. Я вот, например, сохраняла грудное кормление, а кто-то приходит и говорит: «А я бросила, фигня какая-то». Это как оппозиция, ты что-то делаешь, за что-то борешься, а кто-то приходит и говорит: «Что вы здесь делаете?! Вы ничего не достигнете». Такое возмущение берет, что хочешь по морде надавать. И с ребенком то же самое. Очень раз’яднала это с друзьями. Я по жизни такая, если мне что-то важно, я за это борюсь. А есть люди, для которых, мол, нет — так и не надо, а бы не было войны.

«Дай ей пустышку, шесть миллиардов людей вырастили так детей»

Моя мама воспитывала меня по советским правилам, как ей говорили в поликлинике, так она и делала, и считает, что все эти методы были правильные. Наше поколение имеет выбор информации, мы ее отсеиваем, избираем из разных методов что-то свое. Моя мама была в шоке от всего, что я делаю. Она считает, что слинг — это новинка, и никто еще не вырастил ни одного поколения в слінгах, поэтому у нас все дети будут инвалидами. Наше поколение уже не боится идти против течения. Мама говорит: «Дай ей пустышку, шесть миллиардов людей вырастили так детей».

Печаль по ЖЖ

Люди, которые живут в современном темпе жизни, не могут пользоваться ЖЖ, им это все тяжело. Ведь нельзя в ЖЖ лайкнуть и пойти дальше. Чтобы напомнить о себе, надо залезть в пост, адкаменціць — слишком много манипуляций. Поэтому, наверное, люди и перебежали в другие сети. Но у меня такой печаль по ЖЖ, это выглядело намного эстетичнее, было очень красиво оформлено, у каждого свой дизайн блога.

«Ну и чего вы добились?»

Мне искренне хотелось что-то изменить, и я в 2006 году пошла на площадь. После того, как снесли палаточный городок, внутри что-то оборвалось. Помню, это был сильный адреналин, когда мы стояли по периметру. А потом заходишь в сотку, и на тебя люди смотрят с брыдкасцю и говорят: «Ну и чего вы добились?», а ты хочешь им что-то такое ответить. Все внутри бурлило и не хватало слов. Сейчас мне проще собрать шмотки и уехать в другую страну, чтобы дочь не жила в этом савочку.

Комментарии запрещены.

Нас смотрят

Яндекс.Метрика